Хищение с банковской карты квалификация

Сегодня мы раскроем тему: "Хищение с банковской карты квалификация". Здесь собрана и агрегирована полезная тематическая информация. Если в процессе чтения возникли вопросы, то вы можете их сразу же задать дежурному консультанту.

Квалификация хищений с использованием банковских и иных платежных карт

Анализ следственной и судебной практики, регулярные запросы о разъяснении проблемных ситуаций, поступающих от коллег, позволили прийти к выводу о значительных проблемах в квалификации хищений, совершаемых с использованием платежных карт, совершаемых с использованием систем электронных платежей.

Тонкая грань в разграничении кражи с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ) и мошенничества с использованием электронных средств платежа (ст. 159.3 УК РФ) стала причиной формирования противоречивой практики применения данных норм.

Источник: http://mgimo.ru/library/publications/kvalifikatsiya_khishcheniy_s_ispolzovaniem_bankovskikh_i_inykh_platezhnykh_kart_/

Хищение с банковской карты квалификация

В связи с развитием российской экономики, вступлением Российской Федерации в ВТО все большее распространение получают безналичные денежные расчеты. Один из основных элементов системы безналичного расчета — расчет, осуществляемый с использованием банковских карт. Развитие экономических отношений, совершенствование форм расчетов, к сожалению, влечет и появление новых видов преступных посягательств на собственность, связанных с применением банковских карт.

Уголовное законодательство должно быть адекватным изменяющимся социально-экономическим отношениям.
Федеральным законом от 29 ноября 2012 г. N 207-ФЗ в УК РФ введена ст. 159.3, предусматривающая ответственность за мошенничество с использованием платежных карт. Эти изменения вызваны стремлением законодателя решить проблему квалификации хищения с использованием карт. Но новая статья, наоборот, обострила проблему. При формальном подходе к данному составу преступления формируется убеждение, что хищение с использованием банковских карт может совершаться только в форме мошенничества, хотя существуют и иные формы. Актуальность проблемы связана с тем, что факт использования банковских карт может рассматриваться как иное преступление против собственности, в частности кража.

Если обратиться к практике, хищение, совершенное с использованием кредитных или расчетных карт при одних и тех же обстоятельствах, может признаваться судами и мошенничеством, и кражей.

Так, Соликамским городским судом Пермского края как мошенничество (ч. 2 ст. 159 УК РФ) квалифицированы действия по оплате товара на кассе чужой банковской картой, которую виновный ранее нашел около автобусной остановки. В другом случае Магаданский городской суд квалифицировал как кражу (ч. 2 ст. 158 УК РФ) действия Б., который, зная pin-код от карты, принадлежащей М., изъял ее и, реализуя преступный умысел, направленный на хищение денежных средств, оплачивал товары и услуги при помощи данной карты. Мотивировки, предложенные судами, не позволяют понять, почему схожие деяния квалифицируются по-разному.

Основное различие кражи и мошенничества заключается в способе изъятия имущества. Кража совершается тайно, а мошенничество — путем обмана или злоупотребления доверием. Лицо, незаконно получившее банковскую карту, использует либо чужую, либо поддельную банковскую карту, т.е. формально лицо использует обман при изъятии денежных средств. Но представляется, что к обману в подобных случаях прибегают не всегда. Необходимо определиться с понятием обмана.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда РФ обман — это сознательное сообщение заведомо ложных, не соответствующих действительности сведений, либо умолчание об истинных фактах, либо умышленные действия, направленные на введение владельца имущества или иного лица в заблуждение (Постановление Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»; далее — Постановление N 51). Скорее всего, Пленум Верховного Суда РФ под иными лицами понимает не любое лицо, а только то, которое правомочно совершать сделки с таким имуществом. Следовательно, если обман направлен на лицо, препятствующее доступу к имуществу, но не имеющее правомочий распоряжения этим имуществом, то обман является лишь средством облегчения доступа к имуществу. Это подтверждает и п. 17 Постановления N 51: если лицо использует обман для облегчения доступа к имуществу, то такие действия следует квалифицировать как кражу.

Верховный Суд РФ отмечает, что обман при изъятии имущества может быть присущ как мошенничеству, так и краже. Нам представляется более точным следующее определение обмана: это «сообщение заведомо ложных сведений либо несообщение о сведениях, которые лицо должно было сообщить, с целью введения в заблуждение лица, в собственности или владении которого находится имущество, с тем, чтобы таким образом добиться от него «добровольной» передачи имущества в пользу обманщика или других лиц». При этом трудно согласиться с утверждением о том, что при мошенничестве виновный во всех случаях должен сообщать определенные сведения; такая обязанность может возникнуть, только если она закреплена в соответствующих нормативных правовых актах. Если такой правовой обязанности нет, то нет и обмана.

Таким образом, под обманом следует понимать информационное воздействие на потерпевшего, при котором он вводится в заблуждение; цель воздействия — заставить потерпевшего передать виновному имущество или право на имущество.

Потерпевший в момент отчуждения имущества добросовестно заблуждается относительно обстоятельств передачи, но отчуждение происходит по его воле.
Указанные признаки обмана должны проявляться в том числе при хищении путем мошенничества и с использованием пластиковых карт. Чтобы проанализировать их, необходимо выяснить, какие банковские карты существуют в гражданском обороте. Так, Центральный банк РФ выделяет 3 вида банковских карт: кредитные, расчетные и иные платежные карты (Положение ЦБ РФ об эмиссии банковских карт; далее — Положение). По нашему мнению, в зависимости от вида карты, используемой преступником, различаются объект преступления и потерпевший.

Кредитная карта предназначена для совершения ее держателем операций, расчеты по которым осуществляются за счет денежных средств, предоставленных клиенту кредитной организацией-эмитентом в пределах установленного лимита в соответствии с условиями кредитного договора (п. 1.5 Положения). Таким образом, при использовании чужой или поддельной кредитной карты денежные средства, находящиеся на кредитном счете, являются собственностью банка, следовательно, предметом посягательства выступает имущество банка. В этом случае квалификация хищения таких денежных средств как мошенничества представляется обоснованной, поскольку изъятие денежных средств происходит у потерпевшего — банка — и сам обман направлен на сотрудника банка, т.е. лицо, которое собственник наделяет полномочиями по принятию решений о списании денежных средств.

Спорным является мнение Пленума Верховного Суда РФ о наличии обмана при списании денежных средств с использованием банковских карт с участием сотрудников торговых, сервисных организаций, которое отражено в п. 13 Постановления N 51. Так, лицо, использующее чужую банковскую карту, ставя подпись в чеке на покупку, обманывает не законного владельца карты, а сотрудника торговой или сервисной организации. Однако данный обман, на наш взгляд, совершается после изъятия денежных средств со счета владельца, так как поставить подпись на чеке можно лишь после оплаты товаров, работ, услуг. Следовательно, хищение закончится в момент списания денежных средств со счета, а значит, обман будет совершен после изъятия и обращения в свою пользу денежных средств и не обусловит изъятие чужого имущества.

Читайте так же:  Списание задолженности по истечении срока исковой давности

Кроме того, работник торговой или сервисной организации не осознает незаконности изъятия имущества и обмана, так как не знает истинного владельца банковской карты. Поэтому здесь происходит тайное хищение денежных средств с карты. Это соответствует п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О судебной практике по делам о краже, грабеже, разбое» (далее — Постановление N 29), в котором тайным хищение называется в случаях, когда присутствующее при незаконном изъятии чужого имущества лицо не осознает противоправности этих действий.

Наконец, для преступника важна не личность работника организации, а наличие у организации электронного терминала, при помощи которого он может осуществить свою цель. Следовательно, обман работника является лишь способом, облегчающим доступ к терминалу, поскольку решение о списании денег принимает не работник, а банк. Пленум Верховного Суда РФ считает, что не образует состава мошенничества хищение чужих денежных средств путем использования заранее похищенной или поддельной карты, если выдача наличных денежных средств осуществляется посредством банкомата (Постановление N 51). Именно поэтому представляется, что механизмы хищения денежных средств с использованием банковской карты одинаковы, а следовательно, и общественная опасность хищений одинакова. Потому непонятна логика законодателя в оценке общественной опасности мошенничества с использованием платежных карт. До 2012 г. ответственность за мошенничество с использованием банковских карт была строже. Но с введением ст. 159.3 УК РФ наказание за хищение денежных средств через банкомат стало более суровым, чем за хищение в присутствии сотрудников торговых, сервисных организаций.

Таким образом, введение в УК РФ состава мошенничества с использованием банковских карт не решило основную проблему разграничения форм хищения, а лишь «завуалировало» ее. Полагаем правильным выделить не только ст. 159.3 УК РФ, но и ст. 158 УК РФ, которая предусматривает ответственность за тайное изъятие денежных средств путем использования банковских карт, так как хищение может быть совершено при помощи обмана и тайным способом.

Кроме того, Верховный Суд РФ необоснованно разграничил эти составы в зависимости от того, присутствует человек при списании денежных средств с банковской карты или нет. По нашему мнению, эти составы необходимо разделять, основываясь на типе банковской карты. Если используемая карта является кредитной, то такие действия должны квалифицироваться как мошенничество, но при условии, что денежные средства будут обналичены в банке с помощью его сотрудника. Если же карта дебетовая, то при хищении отсутствует обман как способ изъятия имущества, а следовательно, такие действия квалифицировать как мошенничество нельзя, они охватываются составом кражи.

Необходимо зафиксировать ч. 1 ст. 159.3 УК РФ в следующей редакции: «Мошенничество с использованием платежных карт, то есть хищение чужого имущества, совершенное с использованием поддельной или принадлежащей другому лицу кредитной карты путем обмана уполномоченного работника кредитной организации

Кроме того, как отмечалось, нужно закрепить самостоятельную ст. 158 УК РФ в следующей редакции: «Кража с использованием платежных карт, то есть хищение чужого имущества, совершенное с использованием поддельной или принадлежащей другому лицу расчетной или иной платежной карты.»

Источник: http://canonlex.com/problema-kvalifikatsii-khishcheniya-s-ispolzovaniem-bankovskikh-kart.html

Проблемы квалификации кражи, совершенной с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 УК РФ)

Дата публикации: 30.12.2019 2019-12-30

Статья просмотрена: 27 раз

Библиографическое описание:

Слукина Е. В. Проблемы квалификации кражи, совершенной с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 УК РФ) // Молодой ученый. — 2019. — №52. — С. 179-181. — URL https://moluch.ru/archive/290/65744/ (дата обращения: 19.01.2020).

Прочно вошедшие в повседневную жизнь россиян правовые отношения, связанные с безналичными расчетами по картам, очень быстро стали объектом, привлекшим внимание лиц из криминальной среды.

Федеральным законом от 23 апреля 2018 года № 111-ФЗ, вступившим в законную силу 4 мая 2018 года, статья 158 УК РФ, предусматривающая ответственность за совершение кражи, дополнена квалифицирующим признаком — п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ — с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств (при отсутствии признаков преступления, предусмотренного статьей 159.3 УК РФ).

Между тем в настоящее время нет разъяснений Верховного Суда РФ относительно применения указанной статьи, нет четкого понимания понятия «кража, совершенная с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств». При этом такие действия виновного могут найти разную уголовно-правовую квалификацию.

В самой формулировке ст. 158 УК РФ заложена необходимость разрешения проблемы, как в теории уголовного права, так и в практике правоохранительных и судебных органов, — это отграничение данного квалифицированного состава преступления от состава преступления, предусмотренного ст. 159.3 УК РФ: кража или мошенничество.

В научной литературе обращается внимание на тот момент, что достаточно сложно определить эту грань, которая заложена между кражей и мошенничеством [4]. Указанная смежность, в первую очередь проявляется в объекте и предмете указанных составов преступлений. Правовой анализ субъектов и субъективных сторон данных преступлений так же не способствует выявлению специфичных признаков, которые, безусловно, способствовали бы отграничению рассматриваемых преступлений.

В данном случае необходимо сравнивать объективные стороны данных преступлений. Проведение такого сравнительного анализа объективных сторон преступлений, закрепленных в п. «г» ч. 3 ст. 158 и ст. 159.3 Уголовного кодекса РФ позволит найти общие признаки, а также специфичные признаки свойственные только каждому из них. При этом важно отметить, что как кража, так и мошенничество являются разновидностью хищения.

В силу того, что кража в уголовном законодательстве РФ рассматривается как тайное хищение, то в отличие от мошенничества, при данном виде хищения преступник не входит в контакт с сознанием потерпевшего либо иного лица, с целью совершения кражи имущества, то есть приведённые составы преступления отличаются способом совершения преступления.

Так Верховный Суд Российской Федерации указал на то, что «не образует состава мошенничества хищение чужих денежных средств путем использования заранее похищенной или поддельной платежной карты, если выдача наличных денежных средств была произведена посредством банкомата без участия уполномоченного работника кредитной организации» [3]. В этом случае содеянное следует квалифицировать по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ, это связано с тем, что виновный действует тайно, в отсутствии держателя карты или иных лиц, во-вторых, если и присутствуют иные лица, то его действия не становятся открытыми для них, в-третьих, субъект кражи не воздействует на сознание и волю другого лица, а взаимодействует с механическим устройством, то есть банкоматом, который автоматически обрабатывает операции по банковскому счету, привязанному к используемой карте.

Читайте так же:  Как сдавать электронные билеты на поезд

Так, приговором Майминского районного суда Республики Алтай от 11 апреля 2019 года М. осужден по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ за то, что имея в распоряжении переданную собственником банковскую карту и зная пин-код, снял с данной карты денежные средства в банкомате.

Мошенничество же в свою очередь является преступлением, где виновное лицо использует обман или злоупотребление доверием.

Первоначальная цель данного способа хищения — ввести в заблуждение другое лицо. Конечная же цель состоит в пробуждении у потерпевшего желания предать имущество преступнику добровольно, в том числе не препятствовать его изъятию преступником.

Верховный Суд Российской Федерации указал, что действия лица необходимо квалифицировать по ст. 159.3 Уголовного кодекса Российской Федерации только в том случае, если виновный совершил хищение посредством сообщения другому лицу «заведомо ложных сведений о принадлежности указанному лицу такой карты на законных основаниях либо путем умолчания о незаконном владении им платежной картой» [3].

Это дополнительный аргумент о необходимости наличия другого лица, кроме субъекта преступления, при совершении мошенничества, которое добровольно передает похищаемое имущество виновному или осуществляет добровольные действия, способствующие изъятию имущества.

Так, приговором Прокопьевского районного суда Кемеровской области от 28 марта 2019 года Б. осужден по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ за то, что найденной на земле банковской картой он рассчитался за произведенные в магазине покупки на общую сумму 5410 рублей, прикладывая бесконтактную банковскую карту к считывающему устройству кассового терминала, похитив таким образом данные денежные средства потерпевшего. Однако с решением районного суда не согласился Кемеровский областной суд, который сославшись на п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате» указал, что поскольку действия Б. связаны с оплатой товара банковской картой потерпевшего, путем умолчания о незаконном владении им платежной картой, то действия Б. надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 159.3 УК РФ, как мошенничество с использованием электронных средств платежа.

Согласно разъяснений п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 г. № 48 “О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате” похитить чужие средства можно и без карты, например с помощью чужого «мобильного банка» или системы интернет-платежей, тайно или обманув владельца. Это кража, но если виновным не было оказано незаконного воздействия на программное обеспечение серверов, компьютеров или на сами информационно-телекоммуникационные сети.

Из анализа судебной практики рассмотрения судами Республики Алтай уголовных дел по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК РФ и ст. 159.3 УК РФ следует, что действия лиц, которые оплачивали товары в торговых организациях найденными или похищенными банковскими картами, а также снимали денежные средства через банкоматы с банковских карт, которые им передали собственники, сообщив пин-код, квалифицируются судами как кража чужого имущества, в случае, если представителями торговой организации не выяснялись сведения о принадлежности банковской карты и осужденные не сообщали ложные сведения о принадлежности им банковской карты. В случаях же, когда лица сообщали представителю торговой организации ложные сведения о принадлежности банковской карты, например родственнику, их действия квалифицировались как мошенничество.

Таким образом, отграничению таких смежных преступлений, как кража имущества с банковского счета и мошенничество с использованием электронных средств платежа, будет способствовать тщательный анализ объективной стороны совершенного преступления, так как:

  1. При краже действия виновного должны быть тайными, в то же время при совершении мошенничества преступник действует открыто, общаясь с потерпевшим или иным лицом;
  2. При краже потерпевший или иное лицо не участвует в процессе изъятия похищаемого имущества, но при мошенничестве виновный посредством обмана понуждает другое лицо передать похищаемое имущество или совершать действия, способствующие изъятию имущества.

Однако, полагаю, что для четкого отграничения таких смежных преступлений, как кража имущества с банковского счета и мошенничество с использованием электронных средств, Верховному Суду РФ необходимо внести разъяснения и уточнения. Так в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27.12.2002 № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое» необходимо разъяснить, что следует понимать под кражей с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств. В п. 17 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате», следует разъяснить, что следует понимать под «умолчанием о незаконном владении им платежной картой», то есть является ли мошенничеством приобретение товара в торговой организации при расчете чужой банковской картой, когда сведения о владельце не выясняются продавцом и не сообщаются покупателем.

  1. Уголовный Кодекс Российской Федерации от 13.06.1996 г. № 63-ФЗ (в редакции от 04.11.2019 г.).
  2. Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 (в редакции от 16.05.2017 г.) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое».
  3. Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года № 48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате».
  4. Олейник Е. Н. Проблематика отграничения кражи имущества с банковского счета от мошенничества с использованием электронных средств платежа //Балтийский гуманитарный журнал. — 2018. — Т. 7. — № 2(23). — С. 403–406.

Источник: http://moluch.ru/archive/290/65744/

Адвокат Кудряшов Константин. Личный блог

Телефон и WhatsApp 8-916-579-33-83 (Москва)

Адвокат по кражам — защита по ст 158 УК РФ (Москва)

  • Получить ссылку
  • Facebook
  • Twitter
  • Pinterest
  • Электронная почта
  • Другие приложения

Написать адвокату по Whatsapp на номер +7-916-579-33-83 в один клик
Видеоконсультация о защите по делам о кражах — по 158 статье УК РФ в Москве.

Контакты здесь
Некоторые результаты работы адвоката:
За «простую» кражу (по части 1 статьи 158 УК РФ) предусмотрено наказание в виде штрафа до 80 тысяч рублей или лишение свободы на срок до 2 лет.
Практика адвоката по ст 158 ч 1 УК РФ:

Источник: http://www.advokat-kk.ru/p/advokat-po-krazham-st-158-uk-rf.html

Вопросы квалификации мошенничества с использованием платежных карт

Составы, предусмотренные ст. 159 3 УК РФ, отличаются от общего соста­ва мошенничества несколько по-иному сформулированным способом и ограни­ченным перечнем средств совершения преступления.

Читайте так же:  Льготы по жку ветеранам боевых действий

Способ совершения мошенничества с использованием платежных карт состоит в обмане уполномоченного работника кредитной, торговой или иной организации.

Кредитная организация — юридическое лицо, которое для извлечения прибыли как основной цели своей деятельности на основании специального разрешения (лицензии) Центрального банка Российской Федерации имеет пра­во осуществлять банковские операции, предусмотренные федеральным законо­дательством 1 .

Видео (кликните для воспроизведения).

Понятие «торговая организация» отечественное законодательство не со­держит. Торговая деятельность (торговля) представляет собой вид предприни­мательской деятельности, связанный с приобретением и продажей товаров 2 . К [282] [283]
организациям относятся юридические лица, образованные в соответствии с за­конодательством Российской Федерации, а также иностранные юридические лица, компании и другие корпоративные образования, обладающие граждан­ской правоспособностью, созданные в соответствии с законодательством ино­странных государств, международные организации, филиалы и представитель­ства указанных иностранных лиц и международных организаций, созданные на территории Российской Федерации 1 .

Исходя из положений Налогового Кодекса Российской Федерации, инди­видуальные предприниматели относятся к физическим лицам и не являются ор­ганизациями. Однако судебная практика применяет расширительное толкова­ние и усматривает признаки составов, предусмотренных ст. 159 [284] УК РФ, и в случаях хищения денежных средств посредством обмана сотрудника, работода­телем которого является индивидуальный предприниматель [285] [286] .

Уполномоченным работником кредитной, торговой или иной организа­ции судебные органы считают лицо, состоящее с такой организацией в трудо­вых или иных отношениях, уполномоченное на осуществление расчетных опе­раций с денежными средствами при помощи платежных карт от имени и в ин­тересах организации (кассир, продавец, менеджер и т. и.) 3 .

Необходимо обратить внимание на то, что законодатель в ст. 159 3 УК РФ отошел от классической концепции обмана при мошенничестве и придал ему более широкое содержание, закрепив возможность направленности не только на потерпевшего, но и на третьих лиц, не обладающих правом распоряжения имуществом, а лишь присутствующих при совершении преступления.

Средством совершения преступления выступает поддельная или принад­лежащая другому лицу платежная карта.

Положение об эмиссии платежных карт и об операциях, совершаемых с их использованием выделяет следующие виды платежных (банковских) карт:

1) расчетная (дебетовая) карта как электронное средство платежа исполь­зуется для совершения операций ее держателем в пределах расходного лими­та — суммы денежных средств клиента, находящихся на его банковском счете, и (или) кредита, предоставляемого кредитной организацией — эмитентом клиенту при недостаточности или отсутствии на банковском счете денежных средств (овердрафт);

2) кредитная карта как электронное средство платежа используется для совершения ее держателем операций за счет денежных средств, предоставлен­ных кредитной организацией — эмитентом клиенту в пределах расходного ли­мита в соответствии с условиями кредитного договора;

3) предоплаченная карта как электронное средство платежа используется для осуществления перевода электронных денежных средств, возврата остатка электронных денежных средств в пределах суммы предварительно предостав­ленных держателем денежных средств кредитной организации — эмитенту в со­ответствии с требованиями федерального законодательства 1 .

Поддельной является карта, полностью воссоздающая аналог подлинной карты, а также подлинная карта, измененная частично (скорректированы реквизи­ты, информация на магнитном носителе или на лицевых сторонах карты и т. п.)

Под принадлежащими другому лицу картами понимаются те, что ранее были похищены, найдены, получены путем вымогательства, а также те, что бы­ли добровольно переданы владельцем, но для расходования меньшей суммы.

Судебная практика не относит к средству совершения рассматриваемого преступления электронные телефонные карты, дисконтные карты, электронные проездные документы и т. п.

Не образует состава преступления, предусмотренного ст. 159 [287] УК РФ, хищение чужих денежных средств путем использования заранее похищенной или поддельной карты, если выдача наличных денежных средств осуществля­ется посредством банкомата без участия уполномоченного работника кредит­ной организации. В этом случае содеянное следует квалифицировать по соот­ветствующей части ст. 158 УК РФ.

Так, Д. похитил через банкомат 18 500 руб., принадлежавших ЗАО «Банк Русский Стандарт», используя кредитную карту X., введя идентифицирующий код, без участия уполномоченного работника кредитной организации, втайне от владельца банковского счета и самого банка. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ действия Д. переквалифицировала с ч. 1 ст. 159 УК РФ на ч. 1 ст. 158 УК РФ [288] [289] .

Хищение чужих денежных средств, находящихся на счетах в банках, пу­тем использования похищенной или поддельной кредитной либо расчетной кар­ты следует квалифицировать как мошенничество только в тех случаях, когда ли­цо путем обмана или злоупотребления доверием ввело в заблуждение уполномо­ченного работника кредитной, торговой или иной организации (например, в слу­чаях, когда, используя банковскую карту для оплаты товаров или услуг в торго­вом или сервисном центре, лицо ставит подпись в чеке на покупку вместо закон­ного владельца карты либо предъявляет поддельный паспорт на его имя) 3 . В слу­чаях, когда картой одного и того же потерпевшего виновный расплачивается в разных торговых организациях, имеет место продолжаемое преступление.

Так, К. нашел платежную карту Visa Electron на имя Г. и решил обратить находящиеся на ней денежные средства в свою пользу. Реализуя задуманное, К. пришел в продуктовый магазин и, обманув сотрудника торговой организации по поводу принадлежности банковской карты, оплатил товар на сумму
556 руб. 00 коп. Далее К. проследовал в другой магазин и приобрел товар на сумму 800 руб. 00 коп., выдавая себя за Г. и расплатившись его картой. Затем К. посетил еще 4 магазина, в каждом из которых обманывал сотрудников торговой организации и расплачивался картой Г. Таким образом, К. совершил хищение на общую сумму 7 225 руб. 50 коп. и был признан виновным Краснофлотским районным судом г. Хабаровска в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 159 3 YKPΦ 1 .

Если незаконный держатель карты вводит пин-код, который необходим для совершения операции, то мошенничество отсутствует, поскольку механизм расчета и списания денежных средств будет идентичен механизму обналичива­ния денежных средств посредством банкомата [290] [291] [292] .

Если карта была похищена с альтернативным умыслом (в зависимости от возможности либо получить деньги из банкомата, либо рассчитаться картой в магазине) и лицо было задержано еще до того, как использовало карту, то все сомнения толкуются в пользу обвиняемого и применению подлежит ст. 158 УК РФ. При этом необходимо учитывать, что уголовно наказуемым является при­готовление только к тяжкому и особо тяжкому преступлению (ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 158 УК РФ или ч. 1 ст. 30, ч. 4 ст. 158 УК РФ).

Если похитивший карту не предполагал, каков размер денежных средств на ней, то умысел считается некойкретизированным и ответственность насту­пает только при наличии достаточной суммы.

Читайте так же:  Сколько зарабатывает архитектор — зарплата специалистов в москве, россии и мире

Изготовление в целях сбыта или сбыт поддельных кредитных или расчет­ных банковских карт квалифицируется по ст. 187 УК РФ. Если лицо изготовило поддельную расчетную карту и использовало ее для совершения преступлений, предусмотренных ч. 1, ч. 2 или ч. 3 ст. 159 3 УК РФ, то содеянное образует сово­купность 3 . Если карта была изготовлена для совершения мошенничества, предусмотренного ч. 4 ст. 159 3 УК РФ, то совершенное полностью охватывает­ся составом хищения и вменения совокупности не требуется. Если лицо лишь изготовило поддельную платежных карту в целях ее использования для совер­шения преступлений, предусмотренных ч. 3 или ч. 4 ст. 159 3 УК РФ, но по не зависящим от него обстоятельствам не начало выполнять объективную сторону хищения, то такие деяния следует квалифицировать как приготовление к мо­шенничеству.

Сбыт поддельных платежных карт, заведомо непригодных к использова­нию, содержит признаки общего состава мошенничества и подлежит квалифи­кации по соответствующей части ст. 159 УК РФ. В случае, когда лицо изгото­вило с целью сбыта указанные поддельные платежные карты, однако по не за­
висящим от него обстоятельствам не смогло их сбыть, содеянное должно быть квалифицировано в соответствии с ч. 1 ст. 30 УК РФ как приготовление к мо­шенничеству, если обстоятельства дела свидетельствуют о том, что эти дей­ствия были направлены на совершение преступлений, предусмотренных ч. 3 или 4 ст. 159 УК РФ.

Завладение банковской картой под угрозой насилия, опасного для жизни и здоровья, судебной практикой признается разбоем 1 . Однако, по мнению авто­ритетных ученых, такая квалификация неверна, а содеянное необходимо ква­лифицировать как кражу и угрозу убийством, совершенную на подготовитель­ной (приготовительной) стадии тайного хищения [293] [294] .

Так, С., К. и В. распивали спиртные напитки вместе с Н. в квартире по­следнего. В процессе застолья Н. продемонстрировал присутствующим недавно полученную банковскую карту Сбербанка России. Желая обогатиться, С. пред­ложил К. и В. напасть на Н. и забрать у него карту и пин-код к ней, на что К. и В. ответили согласием. После этого С., К. и В стали наносить удары руками и ногами в область головы и туловища Н., требуя отдать карту и назвать пин-код к ней. В процессе избиения потерпевший отдал виновным банковскую карту и назвал неверный пин-код. Деяния С., К. и В. были оценены Вольским район­ным судом как разбой, совершенный с применением насилия, опасного для здоровья группой лиц по предварительному сговору [295] .

Применительно к ст. 159 3 УК РФ, как и к ст. 159 1 , 159 [296] , 159 [297] УК РФ, крупным размером признается стоимость имущества, превышающая 1 млн 500 тыс. руб., а особо крупным — 6 млн руб.

При разграничении мошенничества в сфере кредитования и мошенниче­ства с использованием платежных карт необходимо понимать, что состав по­следнего образуют только случаи хищения кредитных средств с использова­нием кредитной карты, принадлежащей другому лицу (утерянной или похи­щенной) [298] .

Действия сотрудника банка по оформлению кредитных договоров на имя граждан без их ведома, а также по получению кредитной карты в свое распоря­жение, ее активации и оплаты при ее помощи товара в магазине могут быть квалифицированы по ч. 3 ст. 159 УК РФ Э .

Источник: http://lawbook.online/ugolovnoe-pravo-ross-kniga/voprosyi-kvalifikatsii-moshennichestva-75020.html

Семь дел, где применили постановление Пленума ВС о мошенничестве

Оплата чужой картой – вопросы квалификации

Пластиковые карты распространяются все шире. Преступлений в этой сфере тоже становится больше. По какой статье их правильно квалифицировать, разъясняет Пленум Верховного суда в Постановлении № 48 от 30 ноября 2017 года «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». Например, если человек использовал чужую карту в банке, магазине, другой организации, это «мошенничество с использованием электронных средств платежа» – при условии, что он говорил сотрудникам, что это его собственная карта, или просто молчал. Самый «простой» состав такого мошенничества предусмотрен ч. 1 ст. 159.3 УК и предусматривает в том числе лишение свободы до трех лет.

Действия Дениса Килина суд сначала квалифицировал как кражу. Килин подобрал на тротуаре чужую карточку и отправился по магазинам. Вводить пин-код не требовалось, так что в итоге он успел потратить порядка 20 000 руб. За это первая инстанция приговорила подсудимого к 1,5 годам лишения свободы по п. «г» ч. 3 ст. 158 УК («Кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»). Максимальное наказание по этому составу – шесть лет лишения свободы.

С решением районного суда оказался не согласен Верховный суд Удмуртии. Он напомнил о содержании п. 7 Постановления Пленума № 48. Согласно ему, использование чужой карты надо квалифицировать как мошенничество, если человек говорил сотрудникам магазина, что это его карта, или молчал, что она чужая. Но первая инстанция не разобралась, как Килин расплачивался чужой картой, участвовали ли в этом продавцы и каким образом. Нужно было установить эти факты и определить, было ли это тайное изъятие или мошенничество, указывается в апелляционном определении № 22-528/2019. С такими указаниями апелляция отправила дело на новое рассмотрение.

Похожую ошибку в другом деле исправил Калининградский областной суд. Там Сергей Кипайкин оплатил покупки и онлайн-игру чужой картой на 15 000 руб. Апелляция указала, что таким образом осужденный создал у продавцов впечатление, будто использует ее правомерно. Фактически он обманул их, что имеет право расплачиваться картой. Поэтому областной суд переквалифицировал действия Кипайкина с кражи на мошенничество с использованием платежных карт. В итоге тот получил 1 год и 8 месяцев лишения свободы (дело № 22-1703/2018).

Где будут судить за мошенничество с картами

В п. 5 постановления Пленума говорится о мошенничестве с безналичными денежными средствами. Преступление считается оконченным тогда, когда деньги были списаны со счета, а их владелец потерпел ущерб. Суды используют это разъяснение, когда определяют место совершения преступления и территориальную подсудность. Такой вопрос возник в деле В. Добровольского, который, по мнению следствия, похитил деньги с банковского счета УМВД России по Новгородской области. Дело поступило в Новгородский районный суд.

Но сторона защиты ходатайствовала о том, чтобы перенести рассмотрение дела в Дорогомиловский райсуд Москвы. Адвокат указывал, что Добровольский действовал на территории Москвы и там же организовал дальнейшее движение полученных средств. Кроме того, большинство свидетелей находятся в Москве, обращала внимание защита. Первая инстанция согласилась перенести рассмотрение дела в столицу, но апелляция оказалась другого мнения.

Как напомнил Новгородский областной суд, особенность хищения «безнала» в том, что оно считается оконченным уже в момент изъятия денег. Это значит, что местом совершения мошенничества надо считать место нахождения банковского счета. В случае Добровольского – это Великий Новгород. И нет разницы, где совершены предшествующие действия и где лицо распорядилось деньгами, указала апелляция в Постановлении № 1-206-22-400/2019.

Читайте так же:  Где хранятся личные дела офицеров запаса

Онлайн-переводы и компьютерные вмешательства

Похитить чужие средства можно и без карты, например, с помощью чужого «мобильного банка» или системы интернет-платежей, обманув владельца. Это кража, но если при этом виновный незаконно не влиял на программное обеспечение серверов, компьютеров или сами сети. Это разъясняет п. 21 Постановления № 48.

Эти разъяснения не учел суд первой инстанции, который квалифицировал действия А. Ербягина п. «г» ч. 3 ст. 158 УК («Кража с банковского счета, а равно в отношении электронных денежных средств»). Ербягин использовал «мобильный банк», чтобы переводить себе деньги с чужого счета. Сколько именно, из судебных актов вымарано, указано только, что «ущерб значительный». По п. «г» ч. 3 ст. 158 УК Ербягин получил два года лишения свободы. Но Красноярский краевой суд счел наказание слишком суровым и объяснил это в определении № 22-993/2019.

Апелляция решила, что осужденный совершил «простую» кражу в крупном размере, п. «в» ч. 2 ст. 158 УК. По ней санкции заметно меньше, чем по п. «г» ч. 3 этой же статьи. Дело в том, что Ербягин пользовался «мобильным банком», но не вмешивался в работу программ, серверов и информационно-телекоммуникационных сетей. Краевой суд убрал этот квалифицирующий признак из приговора и с учетом других смягчающих обстоятельств назначил подсудимому год исправительных работ с удержанием 10% зарплаты.

Компьютерное вмешательство имело место в другом уголовном деле, где судили продавца салона связи «Мегафон» Петра Зволя. С помощью переоформления счетов абонентов он вывел порядка 500 000 руб., принадлежавших «Мегафону». Махинации он проводил в компьютерной базе лицевых счетов. Поэтому районный суд определил преступление как «мошенничество в сфере компьютерной информации» (ч. 1 ст. 159.6 УК). При этом первая инстанция отказалась дополнительно квалифицировать действия Зволя по ч. 3 ст. 272 УК («Неправомерный доступ к компьютерной информации с использованием служебного положения»). Районный суд объяснил свое решение тем, что Зволь использовал доступ к базе данных для реализации преступного намерения завладеть деньгами «Мегафона». То есть эти действия и так входили в состав мошенничества.

Первую инстанцию поправил Самарский областной суд со ссылкой на п. 20 Постановления Пленума № 48. Там содержатся правила квалификации мошеннических действий, которые сопряжены с «неправомерным доступом к компьютерной информации или использованием вредоносных компьютерных программ». Это не только ст. 159 УК «Мошенничество», но и одна из трех специальных статей в зависимости от обстоятельств преступления: ст. 272 («Неправомерный доступ к служебной информации»), 273 («Создание, использование и распространение вредоносных компьютерных программ») или 274 УК («Нарушение правил эксплуатации средств хранения, обработки или передачи компьютерной информации и информационно-телекоммуникационных сетей»). Апелляция сочла, что здесь требуется дополнительная квалификация. Все-таки продавец «Мегафона» неправомерно занимался модификацией охраняемой законом информации, за что предусмотрена ответственность ст. 272 УК, говорится в определении № 22-6541. В итоге дело направилось на пересмотр.

Хищение с подделкой: как квалифицировать

Если мошенник использовал подделки официальных документов, то преступление надо дополнительно квалифицировать по ч. 1 ст. 327 УК, указывается в п. 7 постановления Пленума. По этому пункту наказание за «подделку официального документа, который предоставляет права или освобождает от обязанностей», предусматривает, в частности, принудительные работы или лишение свободы на срок до двух лет. Это в два раза меньше, чем санкция по ч. 2 этой статьи за «те же деяния, совершенные с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение».

Первая инстанция не учла разъяснения ВС, когда оценивала действия Гуляйлы Омахановой в одном из уголовных дел. Директора ООО «Центр моды и дизайна» осудили за махинации при выкупе муниципального помещения у Махачкалы. С помощью поддельных документов директор хотела «сбить» цену на 1 млн руб. Она предъявила отчеты, которые подтверждали ремонт на эту сумму, хотя на самом деле никаких работ не проводилось, а подписи на бумагах оказались подделаны.

За это Омаханова получила 3,5 года условно (по совокупности за покушение на мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК) и «подделку с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение» (ч. 2 ст. 327 УК). Верховный суд Республики Дагестан в целом поддержал приговор районного суда, но поменял квалификацию подделки на ч. 1 ст. 327 УК в соответствии с указаниями Пленума Верховного суда РФ. Это отразилось на итоге дела. Поскольку «дополнительное» преступление небольшой тяжести, то по нему уже успел закончиться двухлетний срок привлечения к ответственности. Поэтому ВС Дагестана освободил Омаханову от ответственности. В апелляционном определении № 22-572 остались только 3 года условно за покушение на мошенничество.

Должностное преступление без должности

Чем отличается мошенничество с использованием служебных полномочий, разъясняет п. 29 Постановления Пленума № 51. В частности, его может совершить лицо, которое использует во вред свои «служебные полномочия, включающие организационно-распорядительные или административно-хозяйственные функции».

Для правильной квалификации преступления их необходимо четко определить, напомнил Оренбургский облсуд в уголовном деле Игоря Перепелкина. По итогам такого пересмотра подсудимому удалось добиться смягчения наказания.

Районный суд приговорил его к 2,5 годам в колонии общего режима и штрафам в общей сумме на 750 000 руб. Перепелкина признали виновным в уклонении от уплаты налогов (ч. 1 ст. 199 УК) и покушении на мошенничество в особо крупном размере с использованием своего служебного положения (ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 159 УК). Как установило следствие, фактический руководитель ООО оформлял фиктивные поставки и пытался возместить из бюджета более 3 млн руб. НДС. Первая инстанция решила, что Перепелкин совершил мошенничество с использованием служебного положения, потому что он распорядился учредить эту фирму и фактически управлял ею (бизнес был оформлен на родственницу лишь номинально).

Иного мнения оказался Оренбургский областной суд. Он применил более формальный подход. По документам осужденный в компании никто и никаких полномочий не имеет. «Суд не указал в приговоре, какими служебными полномочиями был наделен Перепелкин и какие он использовал при совершении преступления», – излагается в определении № 22-680/2019. Придя к таким выводам, апелляция уменьшила штраф на 250 000 руб.

Видео (кликните для воспроизведения).

Источник: http://pravo.ru/story/211364/

Хищение с банковской карты квалификация
Оценка 5 проголосовавших: 1

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here